ФОРУМ ПОИСКОВИКОВ "БРЯНСКИЙ ФРОНТ"

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



2001г.

Сообщений 1 страница 12 из 12

1

ЯНВАРЬ

2

ФЕВРАЛЬ

3

МАРТ

4

АПРЕЛЬ

"ВАХТА ПАМЯТИ-2001"
     В расположении 4-й гвардейской Кантемировской танковой дивизии (Нарофоминский район Московской обл.) состоялся торжественный митинг, посвященный открытию Всероссийской "Вахты Памяти-2001". В этом году "Вахта памяти" приурочена к 60-летию битвы под Москвой.
     В митинге приняли участие губернатор Московской области Борис Громов, члены правительств Подмосковья и Москвы, представители Минобороны РФ, а также члены поисковых объединений из 30 субъектов РФ.
Организаторами "Вахты Памяти" выступили Комитет по делам молодежи Московской области, департамент по молодежной политике Минобразования РФ, Генштаб ВС РФ, областные поисковые объединения Московской и Калужских областей.
     Как пояснил председатель областного Комитета по делам молодежи Юрий Бойко, ежегодно на территории России в рамках программы "Вахта Памяти" проводится архивные исследования, поиск и захоронения останков солдат, погибших в годы Великой Отечественной войны. Осуществляются и мероприятия, направленные на патриотическое воспитание молодежи: уход за мемориальными комплексами и воинскими захоронениями, встречи с ветеранами, проведение вечеров памяти.
     В этом году с 21 апреля по 5 мая на территории Московской и Калужской областей будут проводиться работы по поиску останков солдат, погибших на местах боев 33-й армии Юго-Западного фронта, скомплектованной в основном из москвичей - бойцов народного ополчения. Армия понесла огромные потери во время обороны Москвы в 1941 г. и последующего контрнаступления. В поисковых работах примут участие более 450 представителей поисковых отрядов Московской, Калужской, Тульской, Орловской, Брянской, Воронежской и Иркутской областей, а также Москвы и Мордовии.
     6 мая планируется провести захоронение найденных останков солдат у Щекутинского мемориала в Нарофоминском районе.
РИА "Новости" от 20 апреля 2001г.
http://www.utro.ru/news/2001042014315310456.shtml

5

МАЙ

      НИКТО НЕ ЗАРЫТ, НИЧТО НЕ ЗАБЫТО

     Список №1: медальон — 10, пряжка с ремнем — 25, пуговицы — 12, каска — 40, сапоги — 20, коробка противогаза — 10, лопатка — 5, подсумки — 10, штык-нож — 40, фляжка — 30, котелок — 10, ложка — 10. Итого: 222.
     Список №2: медальон — 30, фляжка — 70, каска — 40, лопатка — 15, эмблема — 80, котелок — 50. Итого: 285.
Это не интендантский прейскурант. Это цены на вернисаже в Измайлове. Список №1 относится к рядовому гитлеровской армии.     
     Список №2, как вы, может быть, догадались, имеет прямое отношение к рядовому советскому. Да, совсем забыл. Цены в первом списке указаны в условных единицах. А во втором — в российских рублях. Наш солдатик дешевле в 22 раза...
     Продавец выпил водки, крякнул и устремил на меня прозрачный взгляд.
     — Почем каска? — спросил я, показывая на немецкий стальной головной убор.
     — Пятнадцать баксов.
     — А значок?
За немецкий нагрудный знак “За тяжелое ранение” попросили 200 долларов. Но заметили, что торг уместен.
     — И в каких пределах?
Пределы оказались широки, как шаровары. Когда я уходил, продавец кричал вслед, что уступит значок за 150 рублей.
     Торговля аксессуарами времен Второй мировой войны существует в Москве давно. И своим рождением она обязана отнюдь не официальным поисковикам (они-то занимаются в основном захоронением советских солдат), а “черным следопытам”. В середине восьмидесятых московский криминалитет предпочитал отовариваться именно у них. Сейчас киллеры больше любят современные стволы, но бизнес сохранился — коллекционеры приобретают старое оружие охотно. Да и стоит оно для ценителей сравнительно недорого: за немецкий парабеллум, к примеру, просят от 600$. А вообще на продажу выставляется все “нарытое нечестным трудом”, начиная от немецких именных опознавательных жетонов до громоздких объектов вроде танков и самолетов, которые раньше интересовали разве что музей бронетанковых войск в Кубинке. Останками солдат стран гитлеровской оси занимается на основе межгосударственных соглашений организация “Военные мемориалы”. С 1991 года она эксгумировала и захоронила 120000 немецких солдат, отправила на родину останки 8000 итальянцев и 7000 японцев.
     Минобороны активно противится попыткам частных лиц присвоить найденную боевую технику. Военные считают, что все найденное принадлежит государству. С этим утверждением можно согласиться, если бы не одно “но”. Минобороны ведет себя как собака на сене: само не ищет и другим не дает. И не продает. А ведь продав один танк, можно построить многоквартирный дом.
     Между военными и поисковиками идет тихая война. Поисковики ссылаются на статью 228 Гражданского кодекса, трактующую понятие находки. Они считают, что все найденное, после соблюдения формальностей, должно принадлежать нашедшему. Но если оставить в стороне юридический аспект вопроса, то появляется аспект моральный. Что ни говори, а “частники” занимаются мародерством. Вещички-то с мертвых...
     Как говорят знающие люди в Измайлове, большей частью у нас продают подделки. Значок о ранении, которым интересовался я, скорее всего был изготовлен в наши дни. Умельцы копируют награды, старят их. Весьма профессионально, даже покрывают эмалью.     
     Не так давно на вернисаже в огромных количествах продавали значки немецких горных стрелков “Эдельвейс”. Поисковики шутят, что такого количества горных стрелков просто не было в природе. Еще говорят, что за последние годы сельские жители весьма поднаторели в менеджменте. “Наводка” на местонахождение танка стоит до 10000$.
     В Европе тоже не прочь нажиться на военных трофеях. Там регулярно проводится фестиваль “Технорама”, куда коллекционеры спешат за аксессуарами времен ВОВ. Вот номенклатура некоторых приобретений: “Технорама-94”: М4 А4 “Шерман”, 1942 г. — 2 800 000$; “Технорама-96”: МК4 — “Черчилль”, 1940 г. — 4 800 000$; Т 1V, 1941 г. — 2900000$. В Интернете также множество предложений: Т111, 1940 г. — 2 00 000 немецких марок; Т V1 — “Тигр”, 1944 г. — 5 500 000$.
* * *
     По весне у поисковиков начинается “огородный” сезон. Корреспондент “МК” решил попробовать себя в роли следопыта и отправился в Брянскую область. Сначала в компании с поисковиком-“индивидуалом” по имени Олег.

     Олега можно назвать “черным” следопытом только условно. Ничего из того, что он находит, на продажу не выставляется. А вот местное население, похоже, воспринимает лес и все, что в нем лежит, как манну небесную. Когда мы спрашивали у аборигенов дорогу, прозвучала недвусмысленная фраза:
     — В лес? Ну, ну... У меня в сарае “Дегтярев” есть. Никому не надо?
     Олег с местными жителями знаком. Говорит, что по две-три судимости за хранение и сбыт оружия для них не редкость, а скорее правило. А что делать, если работы днем с огнем не найти?
     ...Мы стояли около бывшего блиндажа, откуда Олег периодически извлекал непонятные предметы.
     — Редкий экземпляр, — показал он на какую-то железяку. — Граната, прообраз современного подствольника. Сейчас обезвреживать будем.
     — Как? — удивился я. Но через несколько мгновений понял...
     Олег молча положил гранату в костер. “Беги!” — крикнул он. Меня как ветром сдуло. Через несколько минут рвануло. От попытки “обезвредить” минометную мину мне удалось его отговорить. За день, проведенный с ним в лесу, я натерпелся страху больше, чем за всю предыдущую жизнь. В костер летело все. Патроны, взрыватели, просто непонятные предметы... Покой настал только ночью. Олег уснул, а я все не мог понять, зачем ему это нужно: ходить по лесу и тюкать саперной лопатой по минам да снарядам? Взрослый вроде мужик...
     Но на следующий день я опять пошел в поиск. Правда, теперь уже с официальными следопытами. Клянусь: до этого похода я даже не подозревал, сколько всего взрывающегося лежит у нас прямо под ногами. Вместе с руководителем поискового отряда “Обелиск” Василием Петровым мы прошли по лесу метров 50 с миноискателем.
     — Это фигня — скорее всего осколок. Это тоже ерунда. Ага, а тут можно посмотреть...
     Под слоем дерна оказалась трехкилограммовая чушка с тротилом. В метре от нее — “упаковки” с немецкими противотанковыми минами. В общей сложности мы нашли только в этом месте около пятнадцати килограммов тротила.
     — Можно ли стрелять из найденного оружия? — спросил я у ребят.
     — Ну что ты — это бред. Сам посуди, 60 лет прошло. Что угодно сгниет.
Все, что мы насобирали за три дня в Брянском лесу, поисковики называют “мелочевкой” (снаряды, мины, патроны). Они говорят, что основные трофеи находятся только к концу второй недели поиска. Хотя, впрочем, перед моим отъездом удалось найти кое-что стоящее: часть танковой гусеницы.
     — Тут ерунда, — рассказывал Василий вечером возле костра. — Вот в Мясном бору недалеко отсюда действительно всего хватает. И костей, и железа. Там овражек есть. Местные говорят, что там народу подорвалось больше, чем в войну. Склон усыпан гранатами.
     Многих следопытов губит собственная неосторожность. Недавно один “любитель” военной истории, реставрируя дома найденный “Вальтер”, чуть не вышиб себе мозги. Впрочем, рискуют своей жизнью не только следопыты, но и жители российской глубинки, которых голод тянет в леса. Отчаянные граждане ходят по местам боевой славы и срубают медные пояски со снарядов: килограмм меди тянет на доллар.
     Статистики подрывов гражданских лиц на старых боеприпасах в России не ведется. В Белоруссии эти цифры есть. Там с 1944 года по сей день расстались с жизнью 2622 человека. Еще 3075 ранено. Вряд ли в России ситуация благополучнее. В 1999 году спасатели в Воронежской области при так называемом сплошном разминировании обезвредили около 5000 боеприпасов. 33918(!) взрывоопасных предметов было найдено и уничтожено спасателями по России в прошлом году.
     Я убедился: чтобы найти пару-тройку мин, далеко ехать вовсе не обязательно. Лесов у нас много. Пара сотен километров от Москвы — и взрывоопасного “товара” пруд пруди. Конечно, для всего остального мира ситуация может показаться диковатой. Ведь в Европе невозможно найти на месте боев танк, а незахороненные останки солдат встречаются редко...
     А у нас все это найти не просто, а очень просто. И покуда в деле поиска царит беспредел, намного легче снимать жирные сливки с бесхозного железа. Хочется верить, что хотя бы к 100-й годовщине Великой Победы по российским лесам можно будет ходить спокойно.
"Московский комсомолец" от  07.05.2001

6

ИЮНЬ

7

ИЮЛЬ

8

АВГУСТ

ОТ ВОЛХОВСКОГО К СЕВЕРО-ЗАПАДНОМУ ФРОНТУ
СМЕЩАЕТСЯ ЦЕНТР ПОИСКОВЫХ РАБОТ ЭКСПЕДИЦИИ “ДОЛИНА”   

     Минувшим воскресным утром у рушан могло сложиться такое впечатление, что в городе высадился десант какого-то спецподразделения. На улицах было полно парней и девушек в камуфляже, правда, без оружия: в Старую Руссу из полевых лагерей стекались поисковые отряды международной “Вахты памяти”. Десять дней они работали в окрестных лесах и полях, поднимая из небытия павших воинов Великой Отечественной. 26 августа экспедиция закончилась.
     За пару часов до официальной церемонии захоронения останков участники вахты пришли в кинодосуговый центр “Россия”, чтобы подвести итоги сделанного. Как никогда много было гостей мероприятия. Помимо первого заместителя главы города и района А. Васильева и заместителя губернатора Новгородской области В. Алфимова президиум заполонили москвичи — гражданские и военные. Среди служивых числились отставной генерал-лейтенант из ветеранской организации и целых два действующих полковника Генштаба, один из которых был по совместительству начальником отдела гражданского и патриотического воспитания департамента молодежной политики Министерства образования РФ. Кроме того, в зале присутствовали непоименованные люди в скромных партикулярных платьях из аппарата Совета Безопасности России. Совбез, как известно, на днях приступает к широкомасштабной проверке новгородской системы ГО и ЧС, что не имеет прямого отношения к перезахоронению павших солдат, но поисковики сумели использовать присутствие чиновников всесильной структуры в благих целях. Но об этом чуть ниже.
     Как таковой, статус “международной” нынешней “Вахте памяти” был присвоен, честно говоря, с некоторой натяжкой. Его обеспечило наличие в составе поисковиков одного-единственного отряда из сопредельной державы ближнего зарубежья — Казахстана. Остальные ребята были наши россияне — из Астраханской, Тюменской, Саратовской, Брянской, Ярославской, Кировской, Тульской, Самарской, Иркутской областей. Четыре отряда мобилизовал Великий Новгород. Были поисковики из Крестец и Пестова.
     Статистика вахты такова: обнаружены останки 1243 солдат и офицеров. Найдены 42 именных медальона, 10 из них удалось прочитать в полевых условиях, остальные подлежат дальнейшей расшифровке.
     Организацией работ поисковики в целом были довольны. Местные комары донимали гостей в пределах допустимого. Зато заметно снизила эффективность розыска следов войны густая летняя трава, она скрадывала характерные для мест боев окопчики, траншеи.     
     Приходилось полагаться на интуицию и скромный набор поисковых инструментов — щупов и металлоискателей. Отдельно прозвучала тема технического оснащения экспедиции. Машинно-тракторный парк “Долины” сегодня — это полтора десятка гусеничных тягачей и 30 машин различной грузоподъемности от скромных УАЗиков до мощных КамАЗов и “Уралов”. Все это хозяйство давно выработало технический ресурс. Денег на запчасти и горючее требуется очень много, но до сих пор это тяжкое бремя ложилось на плечи областной и местных администраций...
     Все эти жалобы в явной или завуалированной форме адресовались, конечно же, в первую очередь представителям Минпроса, Генштаба и Совета Безопасности РФ. И надо сказать, что некоторые проблемы, в частности с обеспечением горючим, решались тут же, на ходу. Была обещана поддержка и на будущее.
     А та помощь городу и району очень и очень нужна. С нынешнего года центр поисковых работ, приходившийся прежде на места боев соединений Волховского фронта, перемещается на поля сражений Северо-Западного фронта, и в частности, в Рамушевский коридор.   
     Сравните количество поднятых только за несколько дней в Старой Руссе останков воинов и то, что удалось обнаружить за это же примерно время близ Мясного Бора. Там подняли лишь 130 павших солдат.
     Поэтому теперь, после своеобразной рекогносцировки старорусские края станут местом паломничества поисковых отрядов со всей России. И полагать, что наш городской бюджет в одиночку потянет такую нагрузку, будет просто несерьезно.
     После оглашения основных итогов “Вахты памяти” в КДЦ “Россия” прошла церемония награждения поисковиков. Каждый отряд-участник получил грамоты губернатора Новгородчины, а лучшие из лучших еще и отдельные знаки признания. К таким памятным наградам можно отнести, например, нагрудные значки “За активный поиск”, о вручении которых объявил полковник Генштаба, начальник отдела военно-мемориального центра Вооруженных Сил РФ А. Полейко.
     Никому ничего не давал другой гость из Москвы — генеральный директор знаменитого Центрального музея Великой Отечественной войны на Поклонной Горе В. Брагин. Вячеслав Иванович лишь скромно просил поисковиков помочь в комплектовании экспозиции боевой техники времен второй мировой войны. Музею сейчас недостает для восстановления нескольких экземпляров немецких танков Т-3 и Т-4 фрагментов этих монстров.
     После завершения встречи в “России” поисковики бодро прошагали до городского воинского захоронения, где состоялась гражданская панихида и отпевание поднятых останков советских воинов. Изумительным украшением этой акции стало участие роты почетного караула Ленинградского военного округа из Санкт-Петербурга. Почти двухметровые статные красавцы из ружейной группы и духового оркестра показали класс строевой выучки и музыкальной подготовки. Выглядело все просто великолепно.

Газета “Старая Русса” № 108 от 28 августа 2001г.
С. КИРИЛЛОВ
http://russa.narod.ru/almanakh/war/004.htm

9

СЕНТЯБРЬ

10

ОКТЯБРЬ

11

НОЯБРЬ

12

ДЕКАБРЬ